Логотип art-assorty.ru
Закрыть
Логин:
Пароль (Регистрация | Забыли пароль?):

Самовар


Произведение от пользователя Фиолетова

 

Рабочий день подходил к концу, когда стеклянная дверь парфюмерного магазина «Катюша» распахнулась, с характерным только ей одной стуком, и в зале, скромно потупив глазки, возник Вовка Шопен. Именно возник. Удивительной способностью этого молодого человека было соединять в себе романтическую запредельность и обескураживающую простоту. Он никогда не переставал удивлять даже близких друзей, явившись, например, на свидание в ресторан в дорогих башмаках, фирменных брюках и приличной дубленке, под которой была надета чистая, явно только из стиральной машины  футболка, мятая и с двумя дырами. И это отнюдь не было эпатажем, хотя и оставалось необъяснимым. Он всегда жил так, как Бог на душу положит, на своей волне. Невероятно талантливый, местами просто улётный, Вовчик, тем не менее, всегда был (и есть) прекрасно социально адаптирован. Я имела радость общения с этим человеком 10 лет назад и хочу рассказать историю тех прекрасных времён, когда запросто могла зайти к Шопенам в гости и быть напоенной чаем его прекрасной матерью Эммой. Сыновья называли её ласково Эммуля.

        Фамилия подходила Вовке больше, чем имя. Среднего роста, худощавый, еврейской внешности, с очень выразительными глазами под густыми тёмными ресницами, улыбчивый, он производил впечатление интересного мужчины, хорошо знал это и по необходимости пользовался. Его застенчивость принимала временами причудливые формы с полным переходом в свою противоположность.  К своим на тот момент 30годам женат не был, дружил со священником, благоговейно закатывал глаза при упоминании Карлоса Кастанеды, в общем, классический февральский водолей в самом махровом варианте.

       Жил он с матерью в самом сердце Пятигорска, в старом фонде, на втором этаже, в комнате без окон, где царила старина.

Вовчик был коллекционером. У меня сложилось впечатление, что он собирал всё, что было старше 50лет, и аккуратно складывал как в музее.

Основным источником его коллекции одно время были горы. В нетронутых ледниках  Приэльбрусья  Вова  откапывал немецкие блиндажи и тащил трофеи домой. Потом приходила милиция и грузовиками забирала находки, потому что природная хозяйственность не позволяла ему оставить пулемёт там, где нашёл.

     Было дело, Шопен угощал меня чаем из белоснежной немецкой керамической кружки, на дне которой изображена свастика. Очень она мне запомнилась, ничего подобного больше не видела.  Так вперемешку с Эммулиными картинами на стенах и полках было много чего интересного. Но гордостью всей его жизни были, пожалуй, самовары.

Они стояли на полке вряд, медные, железные, пузатые, иногда с отломанными краями.

Все разные и без малейшего сомнения старинные.

       И вот в тот самый октябрьский вечер Шопен совершенно внезапно без предупреждения возник в магазине и, потупив глаза, неожиданно сказал:

- Девчонки, а можно вас пригласить на чай?-  

После паузы, – В лес.

Мы переглянулись, учли чудной характер парня, наличие у него автомобиля, необходимость после работы ехать из Пятигорска  по домам, его непонятный, но очевидный интерес к нам, и коварно воспользовались предложением. Саша, собственно, согласилась исключительно потому, что ей было по пути.

Вовчик обрадовался как ребёнок.

-Я заеду за вами к шести часам, не уходите раньше.

Александра, улыбаясь на одну сторону, спросила,

-Вов, что к чаю-то взять?

Тот, наивно так обернувшись и, очевидно, не понимая нашей иронии, заявил:

-Ну, печенюшек возьмите.

-Печенюшек… ага, хорошо, печенюшек возьмём.

     Как мы смеялись после его ухода, не передать словами. Недоумение, в которое повергло нас такое необычное предложение, породило волну сарказма. Представить себе чаепитие в лесу оказалось занятием сложным. Можно понять шашлыки, пиво, даже шампанское, но чай….  Поэтому, как обычные русские тётки,  мы решили поискать истину в вине. После бокала красного (да простит нас начальство) перспектива похода в лес стала ещё более забавной. Шопен подъехал на своём БМВ и встал под окнами.

Мы с Сашей, весело и так свысока похлопав Вовчика по плечу, попросили подождать и пошли в продуктовый магазин.  Набрав грамотное количество пива и сосисок, дружно рассмеявшись, хохмы ради взяли  и печенья.

      Смеркалось очень быстро, октябрь стоял сухой и прохладный. Выехав в сторону Железноводска, мы очень быстро добрались до места назначения. Лес там практически везде, а более-менее облагороженная полянка для любителей трапез на лоне природы на нашем пути была одна. Правда, к тому времени, как мы въезжали в лес, солнце уже окончательно село, стояла непроглядная темень, и сиё мероприятие ставило под большое сомнение наличие у нас традиционно здравого смысла.

       Лес был мрачный, сквозь голые деревья светила полная луна и усугубляла ситуацию.

Мы очень надеялись, что Шопен осознаёт всю нелепость своей затеи, но достоверно в этом убедиться не получалось, Вовка был на удивление немногословен и очень сосредоточен. Очевидным было одно - он хочет понравиться и всё для этого сделает. Поэтому мы с подругой отнеслись к нему благосклонно и, приняв всё, как есть, не стали капризничать, вышли из машины, открыли пиво и стали осматриваться.

   Пока  ходили «пудрить носики», Вовчик развёл огонь, и к нашему приходу на полянке горел небольшой костёр, и стояли раскладные стульчики со спинками. Сказка начиналась. Меня удивило то, как быстро появлялись декорации. Нанизав на палочки сосиски, мы жарили их, попивая пиво, и с интересом наблюдали за нашим чудаковатым приятелем. Багажник у машины оказался очень даже вместительным, но когда обнаружилось, КАКОЕ количество вещей в него вместилось, я решила, что без участия магии тут не обошлось.

Сразу после стульев Вовка достал тёплые не то куртки, не то фуфайки и накинул нам на плечи, сразу стало гораздо комфортнее. Потому что костёр греет только спереди, а спина, как правило, мёрзнет. Он учёл этот факт, что само по себе было уже приятно.

Потом из багажника выплыл огромный старый самовар. Наши глазки выкатились и остались  так уже до самого конца вечера.     Водрузив блестящего любимца на пенёк, Вова достал из машины шнур с лампочкой, закинул на ветку, присоединил к прикуривателю и добыл свет. Потом взял топорик и стал колоть мелкие дровишки от чурочки, которую, как мне показалось, он тоже привёз с собой.

        Было совершенно очевидно, что процедура для него не новая и в лесу он чувствует себя как рыба в воде. Но, Бог мой, как он колол эти самые щепки… Отточенными быстрыми движениями, топор в его руках играл, и нужное количество появилось в считанные минуты. Я поймала себя на том, что сижу, открыв рот, посмотрела на Сашу и сказала:

-Посмотри, как он колет дрова.

Было в этом что- то первобытное, за гранью цивилизации. Как бы ни к чему современным мужчинам иметь в руках простейшие навыки владения топором, потому  с удивлением смотрим на такие исключения. Положа руку на сердце, признаюсь, я залюбовалась.

Растопив самовар сапогом, Шопен исчез в недрах волшебного багажника и через минуту вынырнул из темноты с заварочным чайником и металлическими кружками.

-Вам чёрный, зелёный или с травами?

То есть он подразумевал выбор и взял разный.

-С травами.

-А кружки железные или обычные керамические?

-Ты что, и такие и другие вёз?

-И ещё стаканы с подстаканниками.

Просто выездной буфет. Ситуация предполагала именно металлические кружки, на них и остановились.

       Где-то недалеко завыли кошки или какие другие неведомые зверушки, но это уже не волновало. Процесс пошёл. Сосиски с пивом  закончились, и мы ждали чай. Через некоторое время самовар зашумел, характерным только для него шумом из чего следовало, что вода практически вот, вот закипит.

Вовчик зашуршал с заваркой,  добавлял собственноручно собранные травы, (кажется, там ещё был мёд), после чего принёс и дал нам в руки по кружке с прекрасным напитком и вновь удалился в сторону багажника. На сей раз, он тащил коробку, которая после некоторых манипуляций превратилась ….. в патефон. Поставив его вместо самовара на пенёк, Шопен бережно достал пластинку, что- то там покрутил, и по лесу плавными скачками, в такт движения механизма, зазвучал голос Утёсова.

-У самовара я и моя Маша…

Если сказать, что последнее нас сразило наповал, то практически ничего не сказать.

Вовка вырубил нас из настоящего времени и перенёс в 30- годы. Я просто кожей почувствовала, какая тогда была атмосфера.

       Мы сидели в голом лесу, на опавших желтых сухих листьях, перед костром, с самоваром и патефоном, что-то ещё из старинного антуража присутствовало, но, поражённая общим впечатлением, я совсем не запомнила детали.

 А пока  допивали чай, Шопен ловко и очень быстро собирал всё обратно в багажник. Пластинка закончилась, маленький костёр догорел, но остался привкус чего-то необычного. Было жаль, что всё закончилось так быстро, хотелось продолжения. Теперь нам стало немного стыдно за свой сарказм и надменное отношение к парню.

 Глубоко потрясённые новыми ощущениями мы, молча сели в машину. Через насколько минут Вовка поставил Вертинского, чем собственно и отшлифовал процедуру окончательно. Казалось, он точно знает, на какие кнопки надо нажать, чтобы включить определённые эмоции. Во всяком случае, подсадить на свою волну у него получилось на раз- два- три.

  На выезде из леса он поставил перед фактом:

- Выпадет снег, поедем кофе пить.

Вот казалось бы, какая связь? Где Кура, (как говорит Саша, разводя руками в противоположные стороны) и где мой дом? Оказалось, у него целый ритуал есть- варить кофе на спиртовке, зимой, на снегу.

       Потом он чинно развёз нас по домам, раскланиваясь, открывая дверь и подавая руку.

И самое интересное, у него это получалось естественно, прикольно, игриво, он как шаман проводил нас старинными лабиринтами, поражая и восхищая, знакомя с чем- то новым, ужасно интересным.

      После этого вечера  драная майка не вызывала в нас закономерного негодования, а любые его чудачества списывались на реально творческую натуру, добрую и равнодушную одновременно.  Если Вовку что-то заводило - он творил чудеса, если нет- не придумали тот домкрат, который поднимет ему настроение.

       Через полгода он повторил такое чаепитие в день моего рождения.

Правда, вместо патефона  в качестве сюрприза  был тот самый местный священник, его приятель, с бутылкой водки. Прикинув количество водки, отсутствие закуски и посчитав пьющих, Шопен щелчком пальцев решил проблему, не выходя из машины.

Я впервые увидела воочию напёрстки для спиртного. В небольшом чехольчике размером с шоколадный батончик лежали металлические малюсенькие стаканчики, из которых мы собственно пили. Никто не успел выяснить, откуда он взял этот раритет, как и многие другие волшебные вещички из давно прошедших времён, внезапно и по делу оказывающиеся у него под рукой, и принципиально меняющие обстановку.

 Чай  был потом, но я его вообще не помню, после 5-7 напёрстков водки, размазанных по нёбу, пьянеешь мягко, деликатно и насмерть.

Остались фотографии, где мы в ночи сидим на природе у самовара, в обнимку с молодым святым отцом, весёлые и практически немычачие.

        Ещё через полгода я пополнила Вовкину коллекцию бабушкиным самоваром, который лет двадцать пылился на чердаке. Почему-то решила, что семейной реликвии там самое место.  



 


( 1 ) blincov · 7 октября 2011 07:43 · Комментариев: 102

Я поймал себя на том, что читаю с открытым ртом.  what


( 2 ) Natafulka · 13 октября 2011 10:09 · Комментариев: 207

Отлично fellow



Написать комментарий к статье Добавление комментария

Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Проверка на спам:
Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Решите уравнение и напишите ответ цифрами:


Сейчас также смотрят:

 



Copyright © 2011-2016 "Арт Ассорти"